Корабельная верфь

Корабельная верфьПервые корабли для голландского купечества начала строить Вавчугская корабельная верфь, принадлежавшая братьям Бажениным — Осипу Андреевичу и Фёдору Андреевичу. Она располагалась в 80 км от города Архангельска, на берегу реки Вавчуги, по которой парусники выводились на глубоководное русло реки Северной Двины.

С конца XVII века на Вавчугской корабельной верфи строятся различные типы транспортных и промысловых судов из сосны — флейты, пинки, галиоты и лихтеры грузоподъёмностью от 50 до 450 ласт. Баженинские парусники славились тщательностью отделки и хорошими мореходными качествами. Кроме того, они обходились заказчикам значительно дешевле, чем те, что строились в Англии или Голландии. Естественно голландские, английские и гамбургские купцы заказывали для своих транспортных нужд суда у братьев Бажениных.

Первое судно, которое нам удалось обнаружить, датируется 1725 годом. Оно построено на Вавчугской корабельной верфи братьев Бажениных для транспортировки товаров для Санкт-Петербургского купца Даниилы Евреинова. Это был галиот, грузоподъёмностью 80 ласт. В 1725 году Д. Евреинов продал его голландскому купцу Ивану Гермезгезену за 800 рублей. Судно вышло в море под голландским флагом.

Присутствие в землях Московии выходцев из Генеральных Штатов соединённых нидерландских провинций, на переломе XVII— XVIII столетий, имеет причудливую и богатую историю. Особо выделяются иноземцы, заключившие морской «государев контракт», во время Великого Посольства. Среди пассионарных «флотцев», превратившихся в деятельных и последовательных единомышленников царя Петра, особое место занимает блистательный, но малоизвестный капитан Питер фон Памбурх.

Жизненные перипетии голландского моряка, очаровавшего государя профессионализмом, авантюрным духом и независимостью, завораживают недосказанностью, интригуют нелепой и безвременной кончиной гордого флибустьера в шпажном поединке в Карелии. Капитан Памбурх прекрасно сочетал роль безупречного исполнителя державной воли государя с жизнью бесшабашного гуляки и своенравного повесы. Необузданность нрава голландца уживалась с прагматизмом и чувством собственного достоинства. В то же время биография «не зело предосудительного» капитана почти не известна исследователям, за исключением замыюловатых событий, связанных с дипломатической миссией посольства Е. Украинцева 1699—1700 годов в Константинополь. Короткая последующая российская судьба баловня фортуны из Генеральных Штатов, оказалась совсем размыта.

Написать ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: